Новости
Четверг, 19 декабря 2013 20:14

Знаменитый племзавод "Боргойский" станет агрохолдингом

Племзавод «Боргойский», входящий в число лидеров агропромышленного производства республики, по объемам валовой продукции приблизился к таким производителям промышленного типа, как ОАО «Улан-Удэнская птицефабрика», свинокомплекс «Николаевский», ОПХ «Байкальское», СПК «Искра». Для Джидинского района предприятие является градообразующим для нескольких сельских поселений, основным налогоплательщиком в районный бюджет. И потому многих интересует вопрос: как себя чувствует хозяйство, в котором в начале этого года сменился руководитель после скоропостижной кончины его бессменного директора Петра Ивановича Зайцева? Об этом - интервью с нынешним руководителем Игорем Федоровичем Лобазеровым и его заместителем Анатолием Михайловичем Цагановым.

- Спрашиваете, как мы живем? Как все крестьяне в наше время: где-то лучше, где похуже. Но держимся. То, что было наработано прежде, стараемся, не ломая, охранить, развить. Но что-то по велению времени приходится видоизменять, что-то корректировать.

- Интересно, каких сфер коснулись перемены?

- Сама жизнь заставляет работать с «Макбуром». Мы начинаем вводить твердые сорта пшеницы. Весной засеяли в порядке эксперимента 300 гектаров двумя сортами твердой пшеницы: специально с Омска привезли «Жемчужину Сибири» и «Омский корунд». Осенью ожидали получить по 25-30 центнеров на круг, но собрали по 15-17.  Но даже этот урожай считаем неплохим итогом. Как говорят у нас: лиха беда начало. Первую партию зерна нового урожая мы сдали на «Макбур» и там начали работать с ней. Кроме того заложили ее на семена. По отзывам «Макбура», качество нашего зерна хорошее. И это нас обнадеживает. Планируем в новом году засеять твердой пшеницей не 300 гектаров, а - 1000. Для этого в районном фонде распределения земель берем в аренду 2000 гектаров земель в поселении «Дырестуйское». Мы там хотим 1000 гектаров засевать твердыми сортами, а оставшуюся землю пустить под пары. Там будут работать местные люди из Дырестуя и Зарубино. Главное, была бы нужная линейка техники, а люди есть. Много народу сидит без дела, мучаются от безработицы. Мы там планируем создать около 25-30 рабочих мест на вновь образованном дочернем предприятии племзавода. Мы в этом году построили зернохранилище под твердую пшеницу вместимостью до 3000 тонн. Спокойно примет любой урожай.

- Означает ли все вышесказанное, что выращивание твердых сортов пшеницы у вас теперь будет приоритетным?

- Нет. Хотя в 90-х годах мы занимались выращиванием сорта твердой пшеницы «Алмаз», но тогда не сошлись по цене с «Макбуром». Сегодня мы – единственные в Бурятии, кто стал заниматься такой пшеницей. Но мы не собираемся сворачивать свои наработки по мягкой пшенице. Она была и остается основной составляющей нашего растениеводства. Из своего обычного севооборота в этом году вывели только 300 гектаров под твердую. Продолжаем сеять мягкую пшеницу. «Макбур» берет и то, и другое. Вообще он в состоянии проглотить всю выращенную нами продовольственную пшеницу, но мы можем предложить ему около 10 тысяч тонн зерна. А его перерабатывающие мощности в 4 раза больше. Он работает с нами из-за высокого качества нашей пшеницы.

ЗЕМЛЯ ДОЛЖНА РАБОТАТЬ!

- Кстати, на местных телеканалах в последнее время появилась реклама продукции «Макбура», в которой подчеркивается, что она произведена именно из боргойской пшеницы. Радующий, обнадеживающий факт. Не исключаю, что она (пшеница – авт.) может стать очередным брендом Боргоя после его знаменитой баранины. Но меня интересует еще вот что. Знаю, вы поднимали заброшенные сельскохозяйственные земли в Желтуре. Теперь вот зашли на дырестуйские и зарубинские поля с твердой пшеницей. Все это - ранее брошенные, заросшие бурьяном земли обанкротившихся, исчезнувших сельскохозяйственных предприятий района. Как дается вам эта работа, есть ли здесь проблемы?

- С Желтурой работаем. Там у нас трудности. Земли тяжелые, порастают бурьяном, но люди не хотят нам их отдавать. Мы не скупаем их земли, а просим в аренду по договору на определенный срок. Но они нам не идут навстречу. Там собираются открыть пункт международного перехода границы из Монголии в Россию, и все надеются, что земля к тому времени подорожает. На сегодняшний день там работаем где-то на 800 гектарах, хотя могли бы освоить в два раза больше.  Только в Дырестуе земля осталась в муниципальном фонде перераспределения. Остальные сельскохозяйственные площади  в районе кем-то заняты, вся земля размежевана на мелкие участки, но не используется по назначению. Этим вопросом я занимался вместе с главой района Валерием Ринчиновичем Цыреновым. Вообще сегодня в Джиде 60-70 процентов пригодной к обработке земли находится в чьих-то руках. Раньше эта пашня приносила людям хлеб, работу, кормила скот. А сегодня? Как в одной поговорке: лежит собака на сене, сама не ам, и другим не дам.

 - Но если пашня не используется по назначению в течение определенного срока – 3-5 лет, она автоматически должна переходить в муниципальный фонд перераспределения земель...

- Да, так делается в других регионах. Но у нас в районе (да и в некоторых других районах Бурятии, это видно невооруженным глазом) ни федеральный, ни республиканский законы не действуют. Земля должна работать! В этом плане показателен пример фермера Заиграева из села Большой Куналей Тарбагатайского района. Сначала он работал на 8 гектарах земли. Когда получил по 18 центнеров зерна с гектара, поднялся, стал засевать больше и больше, сегодня у него в севообороте находится порядка 3-4 тысяч гектаров земли. Видимо, в Тарбагатае муниципальная власть решает эти вопросы. Он также как и мы работает с «Макбуром». Люди есть на селе, надо только помочь им подняться, обеспечить правовую защиту их интересов.

- Как говорят в овцеводческих странах Англии, Австралии, Канаде: а теперь вернемся к нашим баранам. То бишь к знаменитой боргойской овце. Как она себя чувствует?

- Ну, с ней все в порядке. Искусственное осеменение провели. Около 14 тысяч голов входят в зиму, половина из них - матки. Заготовили требуемое количество кормов, вдоволь соломы. В эту зиму переходим на сенажно-концентратный тип кормления. Заготовили почти 12 тысяч тонн сенажа, 2 тысячи тонн зеленки. Действует вся переработка, кроме мельницы, швейного и кожевенного цехов. На зиму решили уйти от затрат на использование электроэнергии, угля. Уже требуется модернизация, обновление оборудования цехов, но пока нет средств. Планируем возобновить производство сыров. Естественно, вся колбасная, молочная продукция, выпечка, произведенная у нас гречка, – все это моментально расходится в наших магазинах. Подумываем выйти и на город. Это - вопрос времени.

И БОРГОЙСКАЯ ТЕЛЯТИНКА?

Здесь заместитель директора Анатолий Цаганов, ранее внимательно слушавший беседу, подчеркнул, что в этом году директор поступил в аспирантуру БГСХА и пишет кандидатскую диссертацию. Эта новость вызвала новый поворот в нашем разговоре.

- Какова тема этой диссертации? Она непосредственным образом касается вашего хозяйства?

- Мясное скотоводство. Диссертация посвящена изучению скота казахской белоголовой породы. И главная ее тема: как дешевым мясом накормить республику…

- Кстати, почему именно казахская белоголовка? Насколько я знаю, у вас есть и калмыки.

- Калмыков у нас насчитывается голов 50. Хотя они по сравнению с казахами более приспособлены к нашим условиям, но у них нет той массы, которая нам нужна. Процентов на 10 она бывает ниже, да и размеры скота помельче.

- Интересно, к каким выводам, предложениям вы пришли в процессе этой работы?

- Обо всем этом можно говорить на примере нашего опыта. У нас 650 маток казахской белоголовки. Обычно туровый отел проходит в апреле, мае. В июне уже начинается вольная случка скота быками-производителями. К  сентябрю их убираем из стада. Спустя где-то месяц-полтора у нас начинается отбивка молодняка на доращивание. А это - полугодовалые телята весом до 200 килограммов каждый. За полгода практически без всяких затрат благодаря теплому летнему времени, обилию подножного корма, материнской подкормке они дают ежедневный привес в один   килограмм!  Найти бы такие рестораны, кафе, сеть магазинов, которые готовы принимать у нас мясо таких полугодовалых бычков!

- Любопытно. Вы в этом хотите повторить опыт фермеров европейских стран, которые в любое время года поставляют  потребителям молодую телятину, баранину? Очень выгодное и доходное дело, поскольку такая деликатесная продукция пользуется у гурманов особым спросом.

- Да. Мясо очень нежное, диетическое, вкусное и, уверен, оно придется по вкусу многим потребителям. Это мясо уже сейчас готово. Сколько рынок будет требовать его, столько мы сможем поставить. Естественно, оно нашим заказчикам будет нужно в течение всего года, поэтому мы готовы работать со стадом, чтобы варьировать время туровых отелов скота и получать молодняк круглогодично. Если бы существующая сеть ресторанов, магазинов эту говядину целиком взяла, для нас это было бы отлично, супер, как говорит молодежь.

- По сути,  по этой теме вы уже начинаете прощупывание, изучение потребительского спроса,  рынка?

- Да, уже идет такая работа. Вот и в конце ноября примем участие в продовольственной ярмарке на Центральном рынке Улан-Удэ, где также будет представлена наша мясная продукция. Собираемся в Улан-Удэ открыть магазин, где будет продаваться наше мраморное мясо.  Интересно, что другие районы уже продают такое мясо, в первую очередь, баранину, но под … нашим брендом.

- Кстати, чем запомнилась ваша недавняя поездка в Татарстан в составе бурятской делегации?

- В первую очередь тем, что там не на словах, а реально заботятся о сельхозпроизводителях. Нет проблем с открытием собственного дела: помогут, подскажут. Со сбытом продукции тоже нет проблем, все решается без посредников. Поэтому и цены, по сравнению с нашими - просто смешные.  Есть у них чему поучиться в  воспроизводстве стада, развитии молочного животноводства – там на фуражную корову надаивают в среднем до 6 тысяч килограммов молока в год. Вообще больше всего мне понравилась там сама организация дел, отношение к людям. У них, как и у нас, есть депрессивные села, безработица. Но у нас некому объединить людей, чтобы поднять малые села, вдохнуть в них жизнь. Нет лидера и деревню вперед вести некому. В Татарстане повсеместно создают агрохолдинги, в которые объединяют малые села, лежащие на боку деревни, туда не стесняются войти и крупные стабильные предприятия. Как говорят: дружно – не грузно. У них в итоге  есть работа, есть перспективы. Наши деревни и малые села пока ждут таких людей, умных решений.

- Но судя по вашей работе, по тому, что вы уже заходите и забираете под себя соседние малые депрессивные села, создаете там производства, поднимаете неиспользуемую землю и даете людям даже не работу, а веру, надежду на лучшее будущее, вы уже на практике являетесь в масштабах Джиды агрохолдингом. Да и для республики это – своеобразный прецедент, пример того, как надо сегодня поднимать и развивать село.

- В принципе так и есть.  Как это ни назови, но нас сама жизнь,  логика развития  хозяйства привела к такому результату. Мы уже не можем ограничиваться рамками только своего хозяйства и не видеть, какова экономическая, социальная  ситуация вокруг нас. Ведь это наш район, наши люди и мы ответственны за происходящее в округе. Кстати, Петр Иванович говорил такие слова по этому поводу: «Ты никогда не будешь богатым, если рядом бедный или нищий сосед». По-моему, он был прав.

Справка: всего у племзавода в обработке находится 21408 га пашни. В 2013 году племзаводом посеяно 9500 га зерновых культур, 5 477 га – кормовых, 4 га картофеля, 3 га овощей, 270 га гречихи и 200 га редьки.

Октябрина Ешеева

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии